Лилия Бураковски: Моя история Covid-19. Если в одном слове — боль

0
4022
Лилия Бураковски, журналист

На протяжении года я снимала программы о новой напасти Covid-19. Была у меня надежда, что опасность, самоизоляция, неизвестность и коварность новой болезни заставят людей задуматься. И правительство практически создало условия: всем остановиться и задуматься…о том, что действительно важно: о семье, о детях, о родителях, о любимых людях, о дружбе, о том умеем ли мы заботиться и поддерживать, о том, что, собственно, делает нас людьми.

Я заболела в феврале 2021, спустя почти год. С первых же проявляющихся симптомов интуиция мне сказала – это оно. Я гнала от себя эти мысли, но с каждым днем я всё больше убеждалась, что подцепила. На 4-й день усталости, головной боли и температуры 37, 6 я сдалась. Сделала экспресс-тест – результат отрицательный. Попыталась поиграть в «настрой себя на позитив» и просто отдохнуть, выспаться.

Пятница утро, голова болит еще сильней, во всем теле ощущение, что мою кожу натянули до предела и она вся горит и болит. Температура 38,2. Голос начинает сипеть. Я звоню в поликлинику. В трубке слышу: «Здравствуйте вы дозвонились в Центр семейных врачей ***. Если вы хотите продолжить разговор на румынском языке нажмите 1, если на русском нажмите 2. Я и так уже сложно соображала, поэтому сбросила звонок решив, что ошиблась номером. Я же обсуживаюсь в простой буюканской поликлинике, откуда вдруг такой сервис? Набираю снова и опять те же слова. Нажимаю 2. И мне на русском отвечают в регистратуре, выясняют с каким обращением я звоню и дают два номера телефона – дежурного врача и семейного, сообщая, что семейный будет после 14-ти часов, а сейчас надо позвонить дежурному и получить первые рекомендации, чтобы облегчить моё состояние. Я так и сделала, мне сказали, что начать принимать. После 14-ти я набрала своего доктора со словами: доамна Анжела, я ваш пациент. Она уточнила все симптомы, назначила лечение и записала на тест в понедельник (а разговаривали мы с ней в пятницу). И, конечно, уточнила состояние детей, лицей в котором они учатся. Мне было велено дважды в день в 8:00 и в 20:00 отчитываться о своем самочувствии и самочувствии детей.

Я написала друзьям, что у меня подозрение на ковид, тест буду делать только в понедельник, во вторник будет результат. Попросила обратить внимание на свое самочувствие. И в ответ я прочитала: чем тебе помочь? Продукты кто будет приносить? Какие лекарства нужны? И тд. И дальше самые лучшие друзья на свете приносили продукты, лекарства, воду, привезли аппарат для измерения сатурации кислорода в крови. Не хотела беспокоить родителей, но поняла, что они все равно почувствуют. Сообщила им и брату. Хорошо, что сообщила, иначе бы они узнали от департамента здравоохранения (об этой неприятной истории я писала у себя в фейсбуке. Просто профи, туда их в качель!).

В понедельник я пошла в поликлинику сдавать тест на ковид, время было строго с 7:30 до 8:00. На улице морозно, но пользоваться общественным транспортом было нельзя, а своего железного коня я так и не завела. Пошла пешком. Температура 38,2. До поликлиника немного более 2 км. Там в очереди на улице еще 20 минут, потом пешком домой. Да, болеющие люди стоят в очереди на улице, без лавочек и каких-бы то ни было условий. Морозно, холодный ветер, головная боль, температура, стоишь и ждешь. Иначе не придумали, как еще можно сдать тесты на ковид тем, кто лечится на дому.

Вернулась домой, упала на кровать и проспала почти 6 часов. Сын разбудил, надо было принимать лекарства и пить теплый чай. Есть я уже не могла. Получается, что тест я сдавала на 7-й день после первых симптомов. Дальше начался мой кошмар. Температура, боль, боль во всех мышцах, крутит руки ноги, стоять невозможно, голова болит так, как будто ее сжимают железной раскаленной каской, дышать становилось сложней. Во вторник, после обеда, я уже не могла встать сама с дивана. Сын меня практически нес в ванную и обратно. Соня уговаривала есть, принимать лекарства. Неделю меня дети, практически, носили в ванную, кормили с ложечки, держали чашку с чаем (руки болели и дрожали, было невозможно держать чашку), мышцы все были как чугунные, тяжелые. Больно было причесываться, чистить зубы, просто встать с кровати.

Один момент врезался в память, жаль, что и моим детям. Они зашли ко мне в комнату и испугались от увиденного: я сидела на кровати и раскачивалась, держа голову руками, по лицу текли слезы, и я все время повторяла «больно, как же больно». В этот момент Соня начала собирать сумку с моими вещами. Сказала брату: «Надо вызывать скорую, и везти её в больницу, она так с ума сойдет».  Валера сказал: «подождем до утра».

Дышать становилось сложней. Доктор назначил еще два лекарства к тем, что были. Мне было сложно дышать. Окно в моей комнате не закрывали, чтобы было больше свежего воздуха. Спала я только на животе. Кашляла часто. Дети проверяли каждый час. Двое суток они проверяли моё состояние и ночью, заходили и прислушивались, как я дышу. Приносили попить. Я уже не очень понимала, что происходит, но мне звонили и я слышала: не сдавайся! Ты справишься! Заставляй себя двигаться! Ты сильней! Вставай, больно, но двигайся! Нельзя себя жалеть (Оксана спасибо тебе большое за эти слова! За то, что заставляла меня бороться).

К концу второй недели температура стала спадать. Дыхание восстанавливаться. Сатурация была в норме. Оставались боль в мышцах, воспаление в носоглотке. Друзья звонили, шутили, подбадривали. Я помню, как позвонил отец, и я сказала: «я хочу супчика». Какой у него был счастливый голос! Папа приготовил, брат принес. И мы если теплый суп, это был самый вкусный суп в моей жизни! Тем более, что у нас не пропадали ни обоняние, не было вкусовых изменений, наоборот, всё обострилось. В день, когда я смогла вставать сама и передвигаться без помощи по дому, держась за стены, практически не вставал мой сын. Его накрыло. 18-летний юноша лежал с температурой 38,5, и его крутило всего (это для тех, кто говорит, что молодые не болеют).

Я выздоровела по официальным документам через 14 дней, по промежутку от первых симптомом до контрольного анализа через 21, их которых — 9 меня крутило от боли так, что я отключалась и спустя несколько часов только начинала снова осознавать что вокруг происходит. В эти дни были панические атаки, невозможность самостоятельно передвигаться и абсолютная беспомощность. Нет, это не простой грипп и даже не с осложнениями. Это та еще гадость, которую и врагу не пожелаешь. Меня вытягивали друзья, мои дети, родители, брат и его жена, мне звонили коллеги. И каждый день я думала: как же через ковид проходят одинокие люди? Кто им помогает? Кто их кормит?..

Я шла из поликлиники домой через парк, каждые 300-400 метров я останавливалась, чтобы присесть на лавочку и отдохнуть…светило солнышко, и я думала: как же хорошо дышать полной грудью, выходить спокойно на улицу, не опасаясь кого-то заразить, и как же замечательно ощущать, что есть люди, которые тебя любят, беспокоятся за тебя, знать, что ты кому-то нужна на этой земле. Спасибо вам, дорогие мои за то, что вы есть! Люди, когда женятся дают клятву быть вместе и в горе, и в радости, с мужьями у меня так не получилось, а вот настоящих друзей мне судьба подарила.

Я написала всё это не для того, чтобы пожаловаться. Это для тех, кто не верит в ковид, кто рассказывает про «олякэ прин нас», не страшнее гриппа, всемирный заговор. Да, есть счастливчики, которые переносят как простуду, кто даже не замечает болезни, и возможно их даже большинство. Но есть те, кто в прямом смысле борются за свою жизнь…

У нас практически не говорят про период пост-ковид, а он очень сложный. У меня ухудшились слух и зрение, еще бывают панические атаки (о которых у нас в обществе не принято говорить, чтобы тебя не посчитали психом), еще не нормализовался сон, и устаю в два раза быстрей, стала более рассеянной. Это всё проходит и требуется время. Если мы посмотрим статистику переболевших и спросим: а скольким из них оказывается пост-ковид помощь? С кем работали психологи? Кто проходил реабилитацию? Скорей всего единицы. Потому что наши врачи спасают тех, кто болеет сейчас, потому что есть те, кто не верит, кто считает себя умней, кто думает, что его минует, и те, кто не думают вообще…

Берегите себя и своих близких!

P.S. Кто-то пишет мне в личные сообщения, кто-то пишет в группы в социальных сетях с просьбой о помощи. Не оставайтесь равнодушными, поддержите других людей.

Возможно, государство могло бы оказать более эффективную реабилитацию, потому что пост-ковид – это еще 3-4 месяца восстановления.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here